Chapter Text
Дверь в кабинет директора телестудии приоткрылась и пожилой секретарь заглянул внутрь.
— Господин Браун, вы позволите?
— Входи, Чарльз.
Окруженный сигаретным дымом, владелец телевизионного канала, директор телестудии, известный тв и радио ведущий своей эпохи Джеймс Браун, сидел за массивным лакированным столом и изучал документы, разложенные перед ним.
— Готовы договора на вещание, которые нужно подписать, — секретарь перебирал стопку документов, что была у него в руках, — Информация по мыльной опере, которая хочет транслироваться у нас, ознакомьтесь и дайте ваш вердикт. Проект обещает быть популярным, лучше не затягивать с ответом, иначе уйдут к конкурентам. И резюме по сотруднику, что хочет у нас работать, в одном из телешоу. Кадровый отдел уже одобрил кандидатуру, осталось ваше подтверждение, — он достал резюме, поместил его наверх стопки и положил документы перед директором.
— Благодарю, Чарльз, — ответил Браун не отрываясь от работы.
Секретарь не спешил уходить, ведущий поднял на него взгляд и увидел что тот смотрит на документы.
— Что там? — спросил Браун и взял бумаги.
— По поводу кандидата в сотрудники…
Чарльз знал, что ему стоит лично поговорить с начальником об этом.
Большинство работников этой крупной медиа-компании нанимал кадровый отдел самостоятельно, но что касалось лиц, которым предстояло появляться на экране, ни один человек не попал бы в эфир не будучи одобреным директором лично.
Браун стряхнул пепел с сигареты и начал бегло осматривать резюме.
— Что это за… «Ким Солым»? «Соль Ым»? Что это за имя? — ведущий посмотрел на секретаря, — Он американец? Откуда он?
— Мистер Соль Ым эмигрант из Южной Кореи.
— …
— …
— Чарльз, — с легкой снисходительной улыбкой Браун посмотрел на секретаря, и тот прекрасно знал, что означает такой взгляд, — разве мой телеканал это благотворительная организация по трудоустройству мигрантов?
— Ни в коем случае, мистер Браун.
— Почему тогда отдел кадров одобряет это и тратит мое время?
— При всем уважении к вашей патриотической позиции, я порекомендовал бы не отказывать сразу этому кандидату. У мистера Кима превосходное резюме, и несмотря на молодой возраст, имеется опыт работы на телевидении, в том числе на центральном телеканале и в популярных шоу.
Браун скептически пролистал резюме.
— Выглядит сомнительно. В двадцать два года уже такой «послужной список»? Когда это он успел? И что это за «популярные шоу»? Я впервые о них слышу.
— Разумеется, они ведь известны в Корее, не в США.
Браун тяжело вздохнул.
— Чарльз… это всё просто замечательно, но неужели среди граждан Америки не осталось молодых и перспективных? Почему мы должны отказать им, ради столь… мм.. кхм… экзотического варианта? — Браун снова улыбнулся своей привычной снисходительной улыбкой, протягивая резюме обратно секретарю.
Чарльз много лет работал с этим человеком и прекрасно знал о его взглядах. Коренной американец, выходец из приличной обеспеченной семьи, блестящее образование, стремительная карьера. К тридцати семи годам не толко владелец бизнеса, но и известный на всю страну шоу-мен. Авторитарный пробивной характер и эффектная внешность истинного джентельмена, что так хорошо смотрится в кадре. Крупные правильные черты, голубые глаза, светлые волосы и белоснежная улыбка, как с рекламного буклета. Такие люди привыкли с детства считать себя вершиной «пищевой цепочки», а на всех, кто не входит в их «породу» смотрят, в лучшем случае, с вот такой вот снисходительной улыбкой. В худшем — с презрением. Но господин Браун все-таки был джентельменом, поэтому явного презрения от него удостаивались лишь зазнавшиеся конкуренты.
— Последнее слово всегда за вами, мистер Браун. Просто я рискнул предположить, что у этого кандидата все-таки есть шанс вам понравиться.
«Понравиться». Секретарь не просто так сделал акцент на последнее слово. Все же он не зря много лет работал с этим человеком, и хорошо знал не только его сильные стороны, но и то, что находится за этим белоснежным фасадом.
Браун вскинул брови и посмотрел вопросительно. Повисла пауза.
— Ладно, — ведущий хмыкнул, — если ты так считаешь.
Он знал, что старый помощник никогда не говорит ничего просто так.
— Пусть зайдет ко мне, втисни куда-нибудь.
— Хорошо, мистер Браун.
…
Вечером того же дня раздался осторожный стук в дверь.
Ведущий выкручивал номер телефона, и приложив трубку к уху, слушал гудки, дожидаясь ответа. В зубах у него дымилась сигарета.
— Войдите.
Дверь отворилась и в кабинет вошел молодой мужчина.
— Добрый вечер, мистер Браун. Мое имя Ким Соль Ым, я здесь по поводу работы на вашем телеканале.
Когда Браун посмотрел на вошедшего, он понял, что имел ввиду его секретарь.
— Алло?.. — раздалось в телефоне.
С лязгнувшим звуком, трубка опустилась обратно на аппарат.
— Проходите, мистер Ким.