Work Text:
Чёрная пелена, сквозь которую лишь изредка проникают обрывки фраз и цветные блики. Различные картинки формирует мой больной мозг. Скоро это всё исчезнет, и я утону в белом всепоглощающем свете, который мучает меня уже который день, затем тело будет выворачивать наизнанку, а сам вернусь в этот грёбаный реальный мир. Знакомое состояние, которое я зову отходняком или просто ломкой.
Да, я наркоман, но пока ещё имею хоть какие-то крохи сознания и ещё не деградировал до уровня овоща.
Мне всего двадцать два года, и за эту недолгую жизнь, честно-говоря, не сделал ничего значительного, кроме того, что появился на свет. Да и это, считаю, не очень уж великим событием.
Как и все люди в таком возрасте, я считал себя самым умным и попросту посылал свою мать подальше, когда она начинала переживать и пыталась вразумить своими словами. Отец попросту ушёл, когда мне исполнился год, и поэтому растила она меня одна. Да, мать очень меня любила и практически никогда не ругала. Только однажды, когда я пришёл пьяный в дупель после одной из посиделок и наблевал в прихожей. Тогда она начала ворчать, и стала заставлять убрать за собой, но я попросту оттолкнул её и завалился спать в свою комнату.
Скажу честно, сейчас, когда я вляпался в самое дерьмо, я многое осознал и становится очень стыдно за своё поведение. Но уже поздно что-то решать, я — наркозависимый малолетка, которому и жить-то от силы осталось полгода. В больнице свободного времени много, и поэтому в голову приходят различные мысли. Белые стены палат и равнодушный медперсонал — это всё, что я сейчас вижу. Изредка приходит мать и часами просиживает со мной. Она очень постарела за это время, выглядит уставшей и грустной, так и хочется, чтобы она больше не страдала из-за такого придурка, как я и начала жить своей жизнью. Пытаюсь успокоить, извиняюсь, но сейчас уже ничего не изменить — я на игле, а бывших наркоманов не бывает. Она плачет и говорит, что любит, а я попросту молчу, так как наговорился уже за это время.
Время посещений окончено, и она уходит, тоскливо оглядываясь назад, словно надеясь на то, что я вернусь к нормальной жизни. Прости, мама, но уже слишком поздно. Дверь закрывается и наступает темнота.
Нет, в палате всегда светло и чисто. Темно становится в моей душе, и жизни, лишённой смысла и пущенной под откос. Больше ничего здесь не радует. Хотя…
Есть один огонёк в этой тьме, одна вещь, которая не даёт совсем загнуться, точнее человек.
Я почти не знаю её, но вижу каждый день, она всегда добра и улыбается мне, такому неудачнику и пустому ненужному человеку. Она единственная, кто дает мне хоть какую-то надежду на жизнь.
Нет, это не любовь с первого взгляда, как вы подумали, а просто мой лечащий врач, которая обращается со мной как с человеком. Я чувствую тёплое заботливое отношение, а её руки всегда такие тёплые и нежные.
И каждый день, когда она обходит больных всегда выясняет как моё самочувствие и при неприятных процедурах подбадривает тёплыми словами. Не знаю, может доктор и должен быть таким, но скольких врачей я не встречал, они всегда были хмурыми, сильно ощущалась неприязнь и даже некая брезгливость. А от неё словно исходит внутренний свет, делая похожей на ангела в белом халате.
Нет, я не влюбился. Она намного старше, имеет семью и детей, да и, увязнув в дурмане, похоже, разучился чувствовать подобное. Но было радостно видеть, как сияет от счастья её лицо, когда она уставшая выходила с работы, а там встречал муж с букетом цветов в руках. На мгновение тоже захотелось ощутить это благо, быть кем-то любимым. Но кто полюбит странного доходягу с дреддами, ещё и наркомана? Правильно. Никто!
И отвернувшись от окна, я пошёл курить.
На следующее утро, я проснулся от такого знакомого и почти родного голоса:
— Реабилитация проходит успешно. После анализов определим дальнейший курс лечения, и, возможно, скоро будем отправлять на выписку.
Не поверив своим ушам, я открыл глаза и увидел своего доктора, возле которой сидела моя мать. Впервые за долгое время она улыбалась, и я попытался улыбнуться в ответ. Всё-таки реальный мир не совсем говно, и есть люди, ради которых стоит возвращаться в нормальную жизнь.