Chapter Text
Ван Ибо был залит кровью, когда возвращался в участок. К счастью, кровь была не его, даже не человеческая, так что все в порядке. Ну, если можно этим словом охарактеризовать нападение новообращенных вампиров на офицера при исполнении в Ночном квартале. Он морщится, ощущая тянущую боль в плече – мышцы разорванного горла заживали пусть и быстро, но все равно крайне неприятно. Плюсы быть оборотнем: у тебя быстрая регенерация. По-хорошему, стоило бы промыть укус, но все, на что хватает сил у Ван Ибо, это встать под холодные струи местного душа, чтобы вымыть из волос ошметки плоти.
Он брезгливо морщится, отбрасывая те от себя, и раздраженно фыркает, когда вода попадает в нос. Почему не поехал домой? Все просто – его вещи остались на рабочем месте, когда поступил вызов, а возвращаться домой без ключей от квартиры бессмысленно. К тому же, брезгливый по натуре, он не стал бы марать сиденье собственной машины кровью, так что душ в участке выглядел куда заманчивее трат на химчистку.
Вообще их отдел крайне редко отправляли на вызовы и держали в участке больше в качестве команды специалистов по вопросам расследования преступлений, совершенных с участием сверхъестественных существ. Официальная аббревиатура была такой длинной, что между собой их просто называли полуночниками. Они чаще выезжали на места преступлений, нежели играли роль оперативников при задержании наделенных особыми способностями преступников.
Когда вода перестает окрашиваться в красный, Ван Ибо наконец-то выключает кран и выбирается из кабинки. Что очень кстати, ведь еще минута, и он заснул бы стоя. Прецеденты уже случались. И плевать, что ледяной душ мало способствует сонливости. У оборотней температура тела всегда была выше, чем у простых людей, а потому резкие перепады температур они переносили куда легче и реже болели.
Когда Ибо снова смотрит на себя в зеркало, там отражается обычный замученный ночным дежурством офицер, а не герой фильма ужасов, что, впрочем, при их работе синонимы. Благодаря недавнему признанию сверхъестественных существ Нового Орлеана полноправными гражданами в нескольких местных участках были созданы отделы, специализирующиеся на преступлениях с участием «сверхлюдей». Так их называла пресса. Простой народ же величал по-простому – монстрами.
Сотрудников в отделы набирали с особой тщательностью и исключительно после прохождения ряда проверок. Это помогало отсеять не особо заинтересованных и исключить риск нападения на своих же. Ключевым требованием также был и вид. Оборотней брали куда охотнее других, несмотря на риск повышенной агрессии и влияние лунных циклов, что сразу вызвало волну возмущения у других сверхъестественных существ. Правда она довольно быстро стихла, когда им объяснили причины такого выбора. Оборотни лучше других ориентировались в темноте и улавливали запахи, что при расследовании убийств играло немаловажную роль.
Но, так или иначе, вампирам тоже удалось отстоять свое право работать в полиции. В конечном итоге в городе удалось сформировать три постоянно действующих отдела пока на экспериментальной основе. Один состоял исключительно из вампиров и два других – из оборотней. Ведьмы и другая нечисть не принимали участия в общей суматохе, избрав себе роль наблюдателей.
И теперь, будучи под защитой государства и штата, Ван Ибо мог не бояться признаться миру в своей природе и получил возможность продолжить работу в полиции. Разумеется, как только правда всплыла наружу, его тут же сослали в другой участок с одним из новых отделов. Впрочем, это даже сыграло ему на руку. Куда приятнее работать среди себе подобных, нежели двуличных засранцев, поливающих дерьмом у тебя за спиной, а иногда и прямо в лицо. Приятного мало, знаете ли.
И с каким удовольствием Ван Ибо наблюдал за их кислыми минами, когда именно его участок благодаря отделу назвали лучшим в рейтинге раскрываемости преступлений с участием людей. Очень иронично, не правда ли? В этом и состояла загвоздка, подобные ему всегда шли в комплекте с простыми смертными. Преступления по предварительному сговору: изнасилования, ограбления, оборот наркотиков – везде фигурировали не только «монстры». Именно поэтому, когда его называли также, Ван Ибо каждый раз только закатывал глаза.
Человек сам по сути своей был чудовищем независимо от того, имел он сверхъестественные способности или нет. Все эти некроманты, поднимающие мертвых за деньги, жрецы вуду, готовые за круглую сумму навести порчу на кого угодно, маги, медиумы и эмпаты олицетворяли собой те самые пороки, что с таким усердием приписывали вампирам и оборотням, хотя те в большинстве своем были лишь жертвами обстоятельств. Иногда права выбора нас попросту лишают. На тебя нападают, избрав своей жертвой, и твоя жизнь в один миг меняется до неузнаваемости. Рушится, переворачивая все существование с ног на голову.
Ван Ибо относился к другой категории. Он тоже не выбирал. Просто с этим проклятием родился. Полукровка-оборотень да еще и лев. Царь зверей. Такая огромная редкость и зависть для многих, кто не представляет, что таится за этим понятием. Выносить ребенка могла не каждая женщина-ликантроп, что уж говорить о простом человеке. Нередки были случаи выкидыша из-за скачков настроения, приступов ярости и, как следствие, непреднамеренного обращения в животное. Плод просто погибал во время этого процесса.
Ван Ибо, если честно, не представлял, на что вообще надеялась его смертная мать, когда заводила интрижку с оборотнем. Видимо посчитала, что, раз она человек, то у ребенка вероятность унаследовать ликантропию от отца будет крайне мала. Это не так. Что до сих пор обижало до глубины души, так это то, с какой легкостью она отказалась от сына, узнав о львином штамме в его крови. Какое лицемерие. Раз не оправдал ожиданий с самого начала, то и нет смысла с ним возиться. Отец считал иначе. И, если честно, все, чего Ибо достиг, стало возможно только благодаря ему и прайду.
Он бросает короткий взгляд в зеркало, отмечая залегшие под глазами глубокие тени, и зачесывает со лба иголки мокрых после душа коротких волос. В ушах начинает звенеть от усталости. Ему бы поспать, по-хорошему, и постирать грязную форму, но вместо этого придется писать отчет и добираться домой по утренним пробкам. Так что Ван Ибо достает сменную одежду из шкафчика, закидывая заляпанную кровью в пакет – постирает позже – и варит себе крепкий кофе, в который раз испытывая свое сердце на прочность.
Офицер Стивенс, коренастый волк-оборотень с сединой у висков и подслеповатым прищуром, коротко кивает ему, не отрывая глаз от монитора, когда Ван Ибо располагается за соседним столом, включая рабочий компьютер. Тот тут же начинает приятно шелестеть кулером и вспыхивает загрузочным экраном. Остальные коллеги либо еще не вернулись с вызова, либо уже успели уехать домой. Хитрожопые засранцы.
За окном уже светает – ночная смена подходила к концу. Как же он ненавидел работать в ночную. Осталось дожить до пересменки в шесть, и можно наконец-то поехать домой и поспать. Хотя Ван Ибо уже знал, что опять проваляется без сна, мучаясь от бессонницы и боли в шее, пусть та уже и зажила, розовея новенькими слоями кожи. Одним словом, очередное мерзкое утро в череде его рабочих будней. Но Ибо не жаловался, потому что наконец-то ощущал себя на своем месте и видел, что они делают действительно важные для безопасности других людей вещи.
В глаза будто насыпали песка. Он трет их, устало вздыхая, и массирует виски пальцами, чувствуя, что вскоре к общему недомоганию добавится и головная боль. Просто блеск. Народ может сколько угодно восхвалять силу и мощь оборотней в книгах и фильмах, ссылаясь на магию и звериную сущность, но это не отменяет того факта, что в реальности эти самые оборотни были всего лишь людьми, наделенными сверхспособностями. Они также болели, пусть и реже, получали ранения, истекали кровью, старели и умирали.
Ван Ибо заканчивает писать отчет, когда дверь в их отдел открывается, являя на пороге их начальника, вечно занятого и дерганного Чжан Дамина, еще одного волка. Невысокого роста, полноватый, с синяками под узкими глазами, с залысинами по бокам, он представлял собой ходячего разрушителя всех мифов о красавчиках-оборотнях из кинокартин, спуская мечтателей с небес на землю. Представьте себе, их не создают в модельных агентствах. Хотя, глядя на Ван Ибо, невольно начинаешь в этом сомневаться. Но он скорее исключение из правил, а не аксиома суровой реальности. А она такова, что заразиться ликантропией может любой человек. Если, конечно, останется в живых после нападения.
Умышленное заражение в их штате было уголовно наказуемо, как, впрочем, и в большинстве других. Каждый оборотень после первого обращения или вампир был обязан официально зарегистрироваться в реестре учета сверхъестественных существ. В противном случае он попадал под категорию «монстров вне закона» и мог быть убит на законных основаниях без суда и следствия. Проверялось это довольно просто. Каждому сверхъестественному существу вживлялся чип с цифровым идентификатором, который заносился в базу данных штата. Любой из сотрудников правоохранительных органов может с помощью специального прибора считать нужную информацию и проверить, законопослушный ты гражданин или нет.
Обычных людей к чипированию не привлекали, что, разумеется, порождало волну недовольств и рост нелегальной популяции «монстров», умело скрывающих свою сущность. У Ван Ибо на этот счет были довольно противоречивые чувства. С одной стороны, легализация сверхсуществ была огромным шагом в борьбе за их права, с другой стороны, никто не желал быть приравненным к животным, нося под кожей жучок, особенно если учесть, что до этого ты был тем, кого не обязывали его вживлять. Довольно иронично. Ибо, конечно, не понимал масштаба всей трагедии, потому что родился таким, но разделял недовольство остальных обязанностью вживлять в себя что-то.
– У вас в команде пополнение, – сообщает Чжан Дамин даже без намека на улыбку. Значит, ему наверняка настучало по шапке руководство из-за последних событий. Ван Ибо, если честно, не особо сильно вникал, так как его не часто привлекали к расследованию, но в результате участившихся нападений на людей полицейские участки в городе практически не справлялись с количеством поступающих вызовов, что, по понятным причинам, сказывалось на выполнении планов. – Опережая ваши вопросы, это маг, – Ибо растерянно переглядывается со Стивенсом и переводит непонимающий взгляд на начальника.
– С каких это пор мы прибегаем к помощи ковена и берем их членов в штат? – он с трудом давит зевок, прикрывая рот рукой. Не то чтобы Ван Ибо как-то предвзято относился к ведьмам, колдуют себе и колдуют, те всегда держались особняком. Но вот это их высокомерие, обособленность и тот факт, что обладателей магической силы не чипировали, как-то не добавляли им очарования. Сюда еще примешивался и личный негативный опыт, поэтому новость у Ибо не вызвала никакого восторга. Одно дело пересекаться с членами ковена на нейтральной территории и совсем другое – видеть каждый день в отделе. Приятного мало.
– С тех пор, как возросла нагрузка на отдел, – даже не пытаясь скрыть раздражение в голосе, отвечает Чжан Дамин. – Мы не справляемся с тем потоком нечисти, что народилась в этом году. Еще и вампиры нам работенку подкинули, – Ван Ибо понимающе хмыкает.
«Подкинули» это еще мягко сказано. Только за последнюю неделю было уничтожено больше десятка незаконно обращенных вампиров. И лишь одному богу известно, скольким людям они успели причинить вред, не говоря уже об убитых. Просто кровавое сумасшествие, которого не было по меньшей мере лет пятьдесят точно, а сейчас и подавно быть не должно, учитывая то, насколько сильно люди продвинулись в разработке оружия против нечисти. Как иронично, монстров теперь ловили монстры, что, в общем-то, имело смысл.
– Вот пусть вампиры со своими сосунками и разбираются. Почему этим должны заниматься оборотни? Мы не обязаны за ними подчищать, – ладно, справедливости ради следует отметить, что в их городе был всего один вампирский отдел, который как раз-таки и выезжал на ночные вызовы. Просто сейчас ситуация настолько усложнилась, что сотрудников стало катастрофически не хватать. Необходимость в создании еще нескольких отделов и расширении штата была на лицо. Именно поэтому сегодня к операции привлекли команду Ван Ибо, который не горел особым желанием всю ночь гоняться за кровососами. Нет, он не против помогать, когда это единичные случаи. Но в последнее время на них стали слишком часто сваливать работу оперативников, отчего на свои прямые обязанности не оставалось ни времени, ни сил.
– Потому что мы подписали Сверхъестественное Соглашение и должны поддерживать порядок независимо от расы нарушителей. Это касается и других участков, – сам Ибо, по правде говоря, уже не так хорошо помнит содержимое Соглашения, которое подписывали официальные представители нечисти: мастер города[1] от лица вампиров, которому присягали на верность все кровопийцы, альфа стаи волков, он же формальный вожак для остальных оборотней, верховный маг ковена, представляющий интересы всех остальных магических существ, и, конечно, власти Нового Орлеана. Но там действительно говорилось о чем-то подобном во время легализации их деятельности и признания официальными гражданами штата и страны в целом.
К слову, любой сотрудник правоохранительных органов также подписывал документ, что ознакомлен с этим Соглашением и принимает во внимание условия, и сдавал теоретический экзамен. Приятного мало, ведь формулировки там были премерзкие.
– Но ведьмы почему? Разве они не избрали сторону нейтралитета, обосновавшись в своем лесу? – двуличность ведьм всегда раздражала Ван Ибо, ведь те вставали лишь на сторону тех, от кого они могли получить хоть какую-то выгоду, в остальное время предпочитая не вмешиваться без особой необходимости.
– Нам пришлось прибегнуть к их помощи и просить верховного выделить колдунов и ведьм для патрулирования. Итого мы получили пять магов на город. Вдумайся, не на участок, на город, – Чжан Дамин начинает откровенно беситься, потому что они теряли драгоценные крупицы времени на бессмысленную болтовню. Ван Ибо морщится, ощущая, как тупая боль с висков плавно перетекает на остальные области головы.
– То есть у нас всего один маг на участок и именно к нам в отдел?
– Именно.
– Но почему ко мне? – пять человек на город были смехотворной цифрой. Просто пшик. Какими бы блестящими магами они ни были, их потенциала не хватит на группу обезумевших голодных новообращенных вампиров. Так какой в этом смысл? Да еще и к нему в отдел, чтобы он получал все шишки за новенького. Просто блеск.
– Потому что ситуация такова, что вы лучшие по показателям в городе, и было принято решение именно вас бросить в самое пекло для поиска всех нападавших за последнюю неделю, – очаровательно, он решил свалить решение проблем на них.
– Я бы и один справился, – недовольно бурчит Ван Ибо в основном потому, что готов умереть от мигрени. Он сжимает раскалывающуюся от боли голову в руках и жмурится до пляшущих за сомкнутыми веками мушек. И как назло, обезболивающие в машине, плюс время на действие лекарства – итого еще час мучений как минимум.
– Клыки не доросли в одиночку с таким справляться, – раздается со стороны двери почему-то на китайском, и Ибо слишком резко вскидывает голову, потому что в следующий миг перед глазами все темнеет от боли. О-ху-ен-но. Может, оно и к лучшему, так он хотя бы не видит это до чертиков бесящее красивое лицо. Везет как утопленнику, ей-богу. – Лао Ван, – перейдя на английский, произносит все тот же голос, приятный и глубокий. Черт бы его побрал.
– Лао Сяо, – сухо отвечает в ответ Ван Ибо и наконец-то встречается с ведьмаком взглядами. По-прежнему привлекательные, пусть и немного осунувшиеся, черты лица, выразительные глаза, кокетливая родинка под нижней губой, каждый раз пробуждающая странное желание лизнуть ее языком, бесконечно длинные ноги и довольно худощавое тело. Одним словом, образец азиатской красоты. Жаль характером не вышел. Сяо Чжань насмешливо вскидывает бровь, отмечая такое пристальное внимание к своей персоне, и Ван Ибо раздраженно фыркает, переводя взгляд на шефа.
– Так ты его знаешь? – оживляется тот, явно сбитый с толку их сухим обменом приветствием, зато яростными гляделками и заметно изменившейся атмосферой в отделе.
– К несчастью, – поджимает губы Ибо и даже не удивляется, слыша насмешливое фырканье. – Довелось как-то пересечься в Сент-Луисе год назад. Я думал, ты останешься в той дыре. Твой ковен так за тебя трясся, – даже не пытаясь скрыть яда в голосе, едва ли не цедит слова Ван Ибо.
О, он помнит ту встречу, как будто она была вчера. В то время Ибо еще не оставлял попыток найти артефакт с лунным камнем, который мог бы избавить всех оборотней семейства кошачьих от волчьего проклятья полной луны. Но этот засранец Сяо Чжань украл артефакт у него прямо из-под носа, лишив последней надежды на избавление от адских мук в полнолуние, которые сопровождали превращение. Знакомство вышло не из приятных, как ни посмотри.
– Маги Нового Орлеана предложили мне более выгодные условия, – невозмутимо пожимает плечами Сяо Чжань, ничуть не смутившись этого бестактного комментария.
– Я навел о тебе справки, тебя выкупили, – зачем – история умалчивала. Не то чтобы Ибо следил за ним, просто у него в городе были свои осведомители, которые присматривали за ведьмами и вампирами. Ничего личного, но врага нужно знать в лицо, а уж союзников и подавно.
– Вау, я впечатлен, – губы Сяо Чжаня изгибаются в подобии улыбки, и взгляд Ван Ибо невольно опять цепляется за родинку. На секунду ему кажется, что даже головная боль немного отступает от вида такой красоты. – Что, я настолько запал в душу офицеру Вану, что он начал наводить обо мне справки? – Ибо поднимает глаза, сталкиваясь с заинтересованным взглядом, полным веселья, и невольно хмурится.
По правде говоря, их первая встреча была довольно приятной и многообещающей, а Сяо Чжань еще и оказался в его вкусе. Их флирт в баре, танец и горячие поцелуи в подворотне долго согревали растревоженное сердце оборотня. Но вся эта дележка артефакта как-то подпортила первое впечатление. Ван Ибо задвинул свою симпатию куда подальше и закутался в чувство ненависти как в теплое одеяло. Судьба же явно не оценила его порыва, решив столкнуть их снова. Иначе как еще объяснить Сяо Чжаня в дверях отдела?
– Надеялся больше не встретиться, – честно отвечает Ибо, видя, как от этих слов быстро исчезает улыбка.
– Слабо верится, – Сяо Чжань недоверчиво щурится и скрещивает руки на груди. – Ведь я же тут, и мне сказали, что кое-кто поспособствовал тому, чтобы обо мне тут услышали.
– И ты подумал, что это был я? – скептично выгибает бровь Ван Ибо и наконец-то кликает на кнопку «отправить», отсылая свой отчет начальству. Теперь можно с чистой совестью поехать домой.
– Ой, да брось, ты что, так и не простил мне тот артефакт? – Ибо выключает комп, неторопливо собирает вещи и только после этого подходит к Сяо Чжаню вплотную, ощущая на себе взгляд шефа и Стивенса.
– Тот артефакт был нужен моему прайду, чтобы с помощью него снять с нас проклятье полной луны, к которому кошки, да будет тебе известно, не должны иметь никакого отношения, – Сяо Чжань хмурится от этого заявления, явно сбитый с толку, сразу же меняясь в лице.
– Почему сразу не сказал?
– А что бы это изменило? – устало вдыхает Ван Ибо, зачесывая со лба высохшие непослушные пряди. Этот разговор, кажется, высасывает из него последние соки. – Отдал бы артефакт?
– Нет, – тут же отзывается Сяо Чжань, заметно тушуясь, и отводит глаза. Ну конечно, как же иначе.
– Ну вот и все, – Ван Ибо коротко кивает шефу и толкает дверь, наконец-то покидая душный кабинет отдела. Только-только отпустившая головная боль возвращается с новой силой, и что-то подсказывало ему, что таблетками тут уже не отделаться.