Work Text:
«Они как мы», - думала Цунадэ.
Первым толчком для этой мысли стало выражение глаз бледного черноволосого мальчика, которого Наруто просил исцелить, – отрешенное, равнодушное. Так иногда смотрел Орочимару.
«Здесь нет того, к чему я стремлюсь, - казалось, говорил его темный взгляд. – Я хочу оказаться как можно дальше отсюда».
Цунадэ нахмурилась. Обратила внимание на девочку с розовыми волосами, которая бросилась обнимать этого Учиху Саске; отметила бескомпромиссную складку у ее губ и упрямый широкий лоб. Перевела взгляд на Наруто. Удивилась.
«Я сделал все, что было в моих силах, - мог бы сказать этот невозможный подросток, вернувший Цунадэ ее прежнее «я». – И теперь чувствую себя лишним. Это... несправедливо?»
Вместе с тем он был счастлив за своих товарищей по команде. Действительно необычный ребенок.
«Привыкай, Наруто, - подумала Цунадэ, наблюдая за тем, как он сломя голову вылетел из палаты. – Чем ближе ты подойдешь к посту Хокаге, тем меньше людей останется рядом.
Одиночество – удел сильных».
Дзирайя знал об этом. Дзирайя был уязвим гораздо в меньшей мере, чем Наруто.
Может, потому сознательно отказался занять пост Хокаге – понимал, что это не по нему.
Может, потому и стал учителем Наруто.
Помнится, Орочимару спрашивал – ну что, взял в обучение такого же неумеху, как ты сам? А Дзирайя отвечал – гениев вроде Учихи Саске учить неинтересно.
Где-то на этом этапе мысль Цунадэ оформилась окончательно.
Они были похожи, Великая Троица и Наруто сотоварищи.
Побег Учихи, которого Наруто так и не смог остановить, подтвердил опасения Цунадэ. Если бы она предприняла меры чуть раньше...
Но она не могла. Тот мальчик, Рок Ли, которому требовалась немедленная операция; и Коноха, после нападения Орочимару напоминающая Ли – выживет или нет? Вероятность успешного проведения операции – пятьдесят процентов.
У Хокаге не так много времени, чтобы уделять его всяким там потомкам мятежных кланов. Ушел – ну и ладно. Можете – верните. Не можете...
Что ж.
Девочка с розовыми волосами не пошла возвращать Учиху. Вместо этого она пошла к Цунадэ. И попросила взять ее в ученицы.
«Взвалила все на плечи Наруто», - подумала Цунадэ с намеком на неодобрение. Потом вспомнила, что в свое время так же поступила с Дзирайей.
В течение следующих нескольких лет она попыталась передать девочке по имени Сакура все, чем владела сама.
«История повторяется, - думала иногда, после тяжелого рабочего дня, когда выдавалось свободное время. Чаще всего, правда, она тратила это время на сон. Как убитая падала, и саке не требовалось. – Они даже учатся у нас, каждый. И отношения между ними похожи... хотя я никогда не любила Орочимару».
Еще бы. У Цунадэ имелась одна, но пламенная страсть – любовь к азартным играм. Ну и выпить она тоже была не прочь, хотя алкоголиком себя назвать не могла.
Орочимару в список ее нездоровых увлечений не входил.
Зато Наруто в Сакуру был влюблен, и себя еще искал – как Дзирайя. Но про свою обожаемую слова дурного не скажет, в отличие от этого извращенца, который Цунадэ когда-то плоскогрудой называл.
Детали это все, так Цунадэ считала. Мелочи. Существенных различий нет.
«Они как мы».
Потом уже, когда узнала, что Учиха Наруто убить хотел и убил бы, кабы Данзовский-в-прошлом-шпион не вмешался, сомневаться начала. Ямато сказал: «Это была его прихоть».
Орочимару прихотливым много кто назвал бы. Но Дзирайе он никогда смерти не желал, да и Цунадэ тоже. При стычках предлагал сдаться, миром все уладить.
Он бы ничего не получил от их смерти. Так и Учиха этот. Что ему за резон Сакуру убивать? Отбросил девчонку со своего пути этак походя. А вот в Наруто сила есть. Они, Учихи, все на силе поведенные. Темный клан, сплошь предатели. Всегда они с кланом Сенджу воевали, силе и свету подлость и мрак противопоставляли. Друг без друга невозможны были… когда-то.
Орочимару тоже к силе был неравнодушен. Но так далеко, как Учиха Саске, он не заходил. Не та кровь была. Недаром в тело с шаринганом хотел вселиться. Думал, что тогда сможет как они, Учихи, мыслить и в сумасшествии этом их полунаркотическом бессмертие обретет.
Ан нет. Связался себе на горе, называется.
Дзирайя после этого долго не прожил. И его, как позже выяснилось, тоже воспитанник собственный жизни лишил. Но не Наруто – Нагато из клана Узумаки. Это Цунадэ потом уже узнала, когда из комы вышла.
Пережила. Обоих пережила. А Наруто в отстроенную Коноху вернулся.
Пришел – ей руку протянул. В глазах ясность была, какой она уже давно не видела. Ни у кого. Даже у Дзирайи; только деды вспомнились почему-то. Те, которые корни Конохи и ее сила.
А еще – Четвертый Хокаге.
Все, кого знала Цунадэ, умерли, уйдя в прошлое. От них только чаинки в волосах на ветру остались – воспоминания.
Сакуру ждет другая судьба. Глядя на Наруто, крепко сжимая его загорелую мозолистую ладонь, Цунадэ верила в это.
Потому что…
«Они как мы».
…история повторяется и всегда будет повторяться.
В сотнях вариаций, одна из которых сможет изменить мир.