Chapter Text
Проснулся Янг от настырной трели чертова будильника ранним утром. Солнце еще только начинало выкрашивать горы в сине-золотые цвета колорадского рассвета. Медленно, но решительно Янг вытащил себя из кровати, добрел до окна и замер, любуясь восходом над Передовым Хребтом Скалистых Гор. Настроение было вялым, словно душная тяжесть ушедшего лета камнем висела на шее. Этот август ему, должно быть, еще не один месяц придется таскать на себе, как крест. Оставалось лишь удивляться, как умудрялся Джексон справляться с этим. Со всем этим. Сам Янг с трудом находил в себе силы подниматься по утрам с постели.
Противный осадок, оставшийся после распутывания клубка его перекореженных воспоминаний, породил в нем тревожную нервическую нестыковку. Мучило странное раздвоение образа Дэвида Телфорда — вероломного, кровожадного, двуличного мерзавца и другого Дэвида Телфорда, того, которого надо было спасать и которого так и не спасли. А теперь, как видно, уже никогда не спасут. Принять такое было тяжело. Янг пока не дошел до того, чтобы обсуждать это с Маккензи на их обязательных еженедельных сеансах психоанализа, как и не дошел до того, чтобы набраться храбрости поговорить на эту тему с Джексоном. Кое о чем он обмолвился Кэму, когда тот после очередной «крылышко-шахматной» вечеринки команды ЗВ-1 подвозил его домой. «Тебе не кажется, что мы попросту бросили его?» — спросил тогда Янг. А Кэм посмотрел на него своими кремниевыми глазами и сказал: «Нет. И думать такое не смей. Никогда, слышишь, никогда даже думать, чтоб тебя, не смей. Не ты. Не про него. Ты понял меня? Выброси это из головы». Янг кивнул. И мейлом задал тот же вопрос Джей Шепу. Шеп ответил: «Да. Пожалуй. Не хочешь перебраться к нам в Пегас? Могу официально вытребовать твою задницу к себе. Или хоть приезжай на выходные. Я даже готов добровольно вызваться организовать один из дерьмовых Джексоновских семинаров "Ваши Местные Псевдо-Божества" и внести твое имя в список участников. Я очень даже хорош в искусстве организации Ле Дъермо».
«Извини, — ответил Янг. — Но я тут занят поисками одного потерявшегося медалиста Филдса».
«Ну, тогда ищи, — написал ему Шеп. — Я задолжал этому парню чашку кофе и тур по Атлантиде».
И вот, пожалуйста, уж середина октября, а Янг все там же, пытается наскрести в себе достаточно моральных сил, чтобы явиться на базу к приличествующим восьми тридцати утра и встретиться со своей новой командой, на данный момент состоящей из Гинн из Шестого Дома, также широко известной как «Та Самая Мерзавка, которая едва не убила Сэм Картер». «Она тебе понравится», — сказал ему тогда Джексон, когда все зацепки, могущие вывести на Раша, одна за одной бесплодно обрывались в никуда. Но Янгу плохо верилось, что он сможет поладить с кем-то из людей Кивы. Назовем это интуицией.
Янг рутинно продрался сквозь обычную трясину утра — душ, завтрак, кофе и, наконец, военный камуфляж, что, по правде, было обманом, чистой воды фарсом, ведь то дерьмо, что творилось с его спиной, с далеко не образцовой приверженностью Янга сеансам восстановительной физиотерапии, по-видимому, навсегда выбило его из седла, и о продолжении военной карьеры теперь нечего и мечтать. Разве что произойдет какое-нибудь чудо. Когда он уже стоял на пороге квартиры, собираясь выйти за дверь, зажужжал его мобильник, и серыми буквами на черном экране высветился номер Джексона.
— Джексон, — сказал в трубку Янг.
— Дэниел, — поправил Джексон.
— Ага-ага, — ответил Янг. — Привет.
— Привет, — голос Джексона слегка дрожал, словно он едва мог дождаться, когда можно будет выплеснуть новости на собеседника. — Мы вышли на Валу. Совсем недалеко. В нескольких часах езды отсюда. Отправляемся туда прямо сейчас.
— Здорово, — из того шлака, что заполнял его голову, Янг постарался наскрести немного энтузиазма.
— Думаю, это… да. Я думаю это определенно да. Местный шериф задержал неопознанную женщину, которая вырубила двух парней, пытавшихся ограбить закусочную. Она проходит как Вэл, но к запросу прилагается фото. Ее фото. Ее. Точно ее. Хочу сказать, это без сомнений ее фото. Или кто-то похожий на нее? Да нет, я совершенно уверен, что это она. Она.
Янг со сдержанным оптимизмом буравил взглядом входную дверь своей квартиры.
— Надеюсь, что так, Джексон.
Тот издал придушенный, раздраженный звук:
— Да ДЭНИЕЛ я, — с этими словами Джексон отключился.
Янг хмыкнул и упрятал телефон в карман. Сумку с секретными бумагами он закинул на плечо, отпер дверь и почувствовал, как мобильник в кармане завибрировал снова. На этот раз звонил Митчелл.
— Джексон тебя опередил, — сообщил ему Янг.
— Да? Скажите, какой прыткий, — воскликнул Митчелл. — Начинаю подозревать, что тебя он любит больше, чем меня.
— Чувствую себя членом вашей команды, — сказал Янг. — С какой стати вы, ребята, названиваете мне?
— Разве я не говорил тебе? Этот октябрь у нас объявлен Месяцем Самого Несчастного Полковника, и ты стал победителем номинации.
— Отлично. Мои благодарности.
— Буду держать тебя в курсе. Наслаждайся первым днем возвращения на службу. Жаль, не удастся сегодня посидеть с тобой за ланчем.
— Об этом не беспокойся. Главное, верните вашу потерявшуюся аферистку.
— Так и собираемся, — сказал Митчелл.
Прогулка по коридорам базы КЗВ ощущалась чем-то сюрреалистическим, как будто этот сентябрь выпотрошил его до дна, оставив пустую кожуру вместо того человека, каким он сам себе казался прежде. Сочетание военной формы и инвалидной трости на встречных производило впечатление. Вслед ему оборачивались. Его провожали взглядами. Хотя, возможно, дело было вовсе не в комбинации «камуфляж-трость». Наверно его имя тянуло за собой кучу всевозможнейших слухов. А если так, то пари можно держать, слухи эти не благоухали амброзией, скорее, отдавали кислым уксусом. Но что, к дьяволу, тут скажешь наверняка, когда на свете есть Джексон, который проложил путь добра прямо в сердце этого проклятого места. Или же наоборот — из сердца его.
Янг не стал заходить в свой новый кабинет на восемнадцатом этаже, а сразу отправился на поиски Харримана, на чей деловой нейтралитет всегда можно было положиться. Генеральский секретарь обнаружился не в Зале Врат, а у себя в кабинете, за столом. Когда Янг постучал по косяку открытой двери, Харриман тут же вскочил и отдал честь, от чего Янг равнодушно, в стиле Джека О’Нилла, отмахнулся.
— Полковник, — сказал Харриман.
Янг кивнул ему.
— Рад видеть вас на своих ногах.
— И не в кутузке, — сухо добавил Янг.
— И это тоже, — ровно согласился Харриман. — Чем могу служить, полковник?
— Я ищу люшианскую перебежчицу, — сказал Янг, перенося вес тела на любимую левую ногу.
Харриман присел за свой компьютер.
— Одну минуту. Выясню, где ее разместили. — Послышалось быстрое щелканье клавиш. — Этаж шестнадцать.
— Шестнадцатый? — удивился Янг. — Так она в камере? Я думал, ее включили в программу реинтеграции, как Тил’ка в свое время.
— Ее уровень угрозы до сих пор расценивается как «средний», — сказал Харриман. — Тил’к не был перебежчиком, который к нам перешел в момент нападения.
Янг пожал плечами:
— Что ж, тоже верно, — сказал он, уже, однако, невольно ощущая малую толику сочувствия к ней, несмотря на исходное предубеждение. — Кто еще там содержится, Харриман?
— Баал, — тон у Харримана был извиняющийся. — Баал и… Нерус.
Янг не изменился в лице, только застыл в дверном проеме и молча продолжал внимать Харриману. А потом сказал:
— Угу. Ну ладно.
Тюрьма шестнадцатого этажа, как и ожидалось, производила гнетущее впечатление. Перебежчицу разместили в одной из самых приличных камер — там был стол, кровать, лампа и душевая за закрывающейся дверью. Впрочем, на этом все. Ни окон, ни телевизора, и вдобавок — сомнительное удовольствие постоянно находиться между камерами Неруса и клона Баала. Для бывшего оперативника Люшианского Альянса варианта хуже не придумаешь. Янг понимал, что Неруса и Баала специально поселили подальше друг от друга, чтобы хоть как-то помешать этим краснобаям оттачивать свое риторическое мастерство и тем избавить сотрудников охраны от излишней головной боли.
И все же. Девчонка, а она была еще совсем девчонкой, ребенком, едва ли ей сравнялось двадцать, скорее было меньше, выглядела несчастной. Бледная, подавленная, с рассыпанными по плечам рыжими волосами она горбилась за столом и, сдвинув брови, пристально смотрела в компьютер. Янг глядел на нее, пытаясь удержать остатки стремительно испаряющейся неприязни. «Она тебе понравится», — предупреждал его Джексон.
— Вижу, к нам пожаловал полковник, — насмешливо протянул клон Баала, слонявшийся возле задней стены своей камеры. — Приятно познакомиться. Как я предполагаю, вы пришли…
— Ах! Полко-о-овник, — через две клетки далее пророкотал Нерус. — Полковник, а полковник, скажите, как вас зовут?
— Не твое дело, — отрезал Янг.
— Его зовут Янг, — доложил Нерусу Баал, прочитав фамилию на униформе Янга.
При звуке его имени перебежчица вскинула глаза, посмотрела на него и тут же опустила взгляд в пол. Согласно традициям Альянса. В знак уважения.
— Полковник Янг! Ваша слава бежит впереди вас. Не тот ли это Янг, который… — Нерус умолк, силясь припомнить какие-нибудь великие дела «Полковника Янга», но, очевидно, так и не сумел. — Да-а, мы определенно наслышаны о вас. Я точно должен был что-то такое… неужели ваш славный генерал счел нужным…
— Угомонись, — рявкнул на него Баал. — Мне омерзительны твои вечные пресмыкания ради…
Янг счел за лучшее не реагировать на эту парочку.
— Привет, малыш, — обратился он к Гинн, опираясь на трость по другую сторону решетки ее камеры.
— Здравствуйте, — она подняла на него глаза.
— Как у тебя с английским? — поинтересовался он.
— Владею свободно, — ответила она с легким гоаулдским акцентом.
— Как тебя зовут?
— Гинн, — сказала она. — Я теперь Бездомная.
Он слабо улыбнулся:
— Гинн Бездомная, значит?
Она кивнула.
— Мы будем работать вместе? Я закончила мониторинг радиоволн. И подготовила для вас электронный документ, где скомпилировала все, что сумела обнаружить, в соответствии с тем шаблоном, который дала мне полковник Картер.
— Я читал его.
— Мы не сможете это принять? — спросила она.
— Еще бы он смог это принять, шолвá*, — Баал плюнул в нее, но плевок с шипением растворился в голубом сиянии силового поля, окружавшего его камеру.
Янг посмотрел на него спокойным взглядом и снова обернулся к перебежчице:
— Гинн, — сказал он, — ну что за дрянь.
— Вы не станете работать со мной, — тихо произнесла она, — потому что я была в Шестом Доме.
— Чего? — сказал Янг. — Ну ладно, слушай, признаю, Шестой Дом — не самый любимый мой Дом, и да, ты умудрилась подстрелить самого обожаемого всеми полковника, так что мы с тобой наверно вряд ли…
— Нет, какова гордыня, — Баал не переставал сыпать комментариями. — Откровенная наглость. Стрелять в легендарную Саманту Картер. Вы только посмотрите на нее. А ведь она даже не красотка. Даже этим ей не оправдаться.
— Не слушай его, моя дорогая, — начал Нерус, — лично я нахожу тебя вполне…
Янг развернулся к Нерусу:
— Не мог бы ты заткнуться?
Он снова повернулся к Гинн и сказал, указывая большим пальцем себе за плечо:
— Это? Вот там? Вот что я имел в виду, говоря про «дрянь».
— А, — сказала Гинн. — Да. Здесь много дряней.
Янг спрятал улыбку.
— И потом, еще не все потеряно, малыш. Тебе сильно повезло, что Картер выжила.
— Я знаю, — серьезно сказала Гинн.
— Я вернусь, — пообещал Янг, растирая рукой ноющую поясницу с левой стороны.
— Но ведь я не…
— Поговорим позже, — сказал ей Янг. — Занимайся пока своим делом.
Он развернулся и потопал к выходу, не обращая внимания на поток гневных выкриков Баала и жалобные просьбы Неруса посодействовать разнообразию тюремного меню. Выйдя за пост охраны, он привалился к стене, давая отдых натруженной левой ноге, вытащил телефон и набрал Джексона.
— Да, — голос у Джексона был запыхавшийся, словно тот куда-то бежал. — Что случилось?
— Как там у вас? — спросил Янг.
— Ну, пока не очень. Похоже, Траст опередил нас, она похитили Валу из участка, подделав документы Сэм и представившись ее именем. Митчелл конфисковал чей-то мотоцикл и умчался за ними в погоню. Так что да. Вот такие у нас дела. А как проходит твой день?
— Ты серьезно? — спросил Янг, а в трубке послышался визг шин.
— О-о-ох, к сожалению да. Пока через «Одиссей» удается отслеживать сигнал подкожного радиомаячка Митчелла. О господи, Тил’к! Ты же не за штурвалом истребителя Х-302. Это населенный пункт! Именно поэтому Нацразведка... Знаешь, что? Ладно, не важно. Эверетт? Ты еще там?
— Угу. Но лучше я перезвоню тебе позже, — ответил Янг. — Удачи вам, ребята.
— Нет, нет, — запротестовал Джексон, как будто его отрывали от составления скучного делового письма, а не от автомобильной погони. — Ты чего-то хотел?
— Не подскажешь имя той грозной дамочки из МНС, которую ты так обожаешь? Мне нужно задействовать некоторые рычаги, чтобы выбить нашей перебежчице нормальные условия жизни.
— Рэй, — сказал Джексон. — Камилла Рэй. Кстати да, первым делом отправляйся к ней. Я хотел поговорить с ней еще тогда, когда они только собирались переводить Гинн из лазарета. Ее нужно включить в план реабилитации тау’ри.
— Ты знал, что ее держат в камере на шестнадцатом, как раз между Нерусом и Баалом?
— Что-о? — заорал Джексон ему в ухо. — Кто до такого додумался? Кто? Это же настоящее измывательство. Нет, даже не измывательство, это хуже. Ей сколько лет? Узнай имя. Заставь Рэй выяснить имя того, кто это сделал. Это недопустимо. Сэм. Сэм, ты на шестнадцатом была? Когда встречалась с Гинн?
Картер что-то ответила, но Янг не расслышал.
— Сэм говорит, что не была там. Они с Гинн встречались на девятнадцатом. Сэм даже не заходила на шестнадцатый, потому что…
— Ага, ладно, Джексон. Мне не нужна история длиной с «Войну и мир». Догоняйте Митчелла, а перебежчица будет переведена с шестнадцатого к концу дня, если не раньше. Обещаю.
— Отлично. Значит, ближайшие пятнадцать минут я смогу прожить спокойно, — ответил Джексон. — Пока не позвонит кто-нибудь следующий. Неужели ее держат с Нерусом? С Нерусом и Баалом? Я этого так не оставлю. Все, мне пора. — Он отключился.
— Пока, — сказал Янг.
— Полковник Янг, — Камилла Рэй встала из-за стола и протянула ему руку. — Приятно познакомиться. — Это была миниатюрная женщина с длинными темными волосами. Осанка у нее была прямая, обувь она носила на невысоком каблуке. На ее аккуратном письменном столе Янг заметил фотографию, где она была запечатлена вместе с молодой рыжеволосой ирландкой, обе весело улыбались в камеру. Кажется, фото было сделано на каком-то пляже, весьма далеком от Колорадо-Спрингс. Рэй закрыла дверь кабинета и подтащила свой стул поближе к Янгу, чтобы сидеть возле него, а не через стол.
— Спасибо, что приняли так быстро, — сказал Янг, с осторожностью опускаясь на стул.
— Вы сказали, что это срочно, — Рэй разгладила юбку и закинула ногу на ногу.
— Джексон уверял, что для таких дел вы самый подходящий человек. Никакой особой неотложности, однако у меня образовалась одна забота, и мне понадобится помощь, чтобы с ней разобраться.
— Так вас прислал Дэниел? — Рэй подняла брови.
— Точно, — подтвердил Янг.
— Я задолжала ему… хм… услугу, — сказала Рэй.
— А кто ему не задолжал? — усмехнулся Янг.
Рэй улыбнулась в ответ, сухо и деловито.
— Пожалуй. Итак, чем могу помочь, полковник?
— Вы знаете о люшианской перебежчице, что содержится у нас на базе?
— М-м-м, — Рэй наморщила лоб. — Та, что стреляла в полковника Картер, по имени Джэнн?
— Почти, — сказал Янг. — Гинн.
Рэй кивнула.
— Формально я числюсь в отделе кадров, но я также вхожу в состав МНС. Ее ходатайство об амнистии в принципе одобрено. Но, насколько я помню, в программу интеграции ее еще не включали. Сама я с ней не встречалась. Да этого никто и не требовал… обычно мы не предпринимаем никаких действий, пока не получим отмашки от военных о завершении оценки предварительной угрозы.
— Понятно, — сказал Янг. — В общем, она приписана под мое командование, распоряжение вступило в силу с сегодняшнего утра. Ситуация немного необычная. По сути, мы с ней представляем спецгруппу в составе двух человек. И по большому счету, будем задействованы в качестве консультантов, а не в качестве военной силы. А когда я сегодня отправился на встречу с ней, то обнаружил, что ее содержат в одной из самых наших благоустроенных камер шестнадцатого этажа.
— Хм, — нахмурилась Рэй. — Для заключения на длительный срок такие условия недопустимы…
— Такие условия недопустимы и на краткий срок, — перебил Янг. — Не знаю, каков ваш уровень секретного допуска, но все равно расскажу — ее поместили между клоном Баала и гоаулдом Нерусом. В камерах, огороженных открытыми решетками. За те пять минут, что я провел там, эта парочка не закрывала рты, без устали третируя ее. И потом, я думаю, она еще несовершеннолетняя.
— Как? — выдохнула Рэй.
— Мы не знаем в точности, сколько ей лет. Да она сама наверняка того не знает. Люшианский Альянс не особо увлекается празднованием дней рождений.
— Считаете, есть основания полагать, что ей меньше восемнадцати?
— Выглядит она совсем ребенком, — сказал Янг. — Хотя львиную долю мерзостей этой половины галактики, похоже, успела повидать. Но если это поможет вытащить ее из камеры — то да. Конечно. Думаю, ей еще нет восемнадцати.
Рэй встала и, уперевшись рукой в бедро, в задумчивости прошлась по комнате, потом села обратно.
— Хорошо, — сказала она. — Быстро провернуть такое — полный организационный кошмар, но, думаю, мы сумеем вырвать ее оттуда. А после уж предпримем кое-какие шаги, чтобы ее не упрятали в камеру обратно. Итак, для того, чтобы как можно скорее вывести ее с шестнадцатого этажа под предлогом, ну например, встречи со мной… какие полномочия нам понадобятся и какой уровень секретного допуска?
— В настоящий момент ее уровень угрозы классифицирован как «умеренный», риск побега минимальный, так что все, что требуется — формальный запрос на встречу и пара рядовых для сопровождения, — сказал Янг.
— Кто должен одобрить запрос? — спросила Рэй.
— Ну, — Янг развел руками, — пусть команда моя, строго говоря, не совсем стандартная, однако командиром нашего подразделения в составе двух человек являюсь я и формально имею полное право подписать ваш запрос на встречу с ней.
— Отлично, — Рэй встала, обогнула стол и села на свое место. — Заполненную форму запроса вышлю вам прямо сейчас. Сами позвоните на шестнадцатый или это сделать мне?
— Лучше вам, — сказал Янг. — А я пойду вытаскивать ее. Дайте мне минут пятнадцать на подготовку. Чтобы пробиться сквозь бастионы окопавшихся здесь бюрократов-федералов, которые пекутся лишь о том, как прикрыть себе жопу, боюсь, понадобится не меньше двух солдат, если вы уловили, о чем я.
— Я бы предпочла, чтобы бы вы не использовали подобных… фигур речи, полковник, — отозвалась Рэй. Ее накрашенные ногти бодро поблескивали, пока она щелкала по клавишам, заполняя электронный бланк запроса на встречу с Гинн.
Янг пожал плечами, поморщился и поднялся на ноги.
— Ну, что могу сказать? Пожалуй, я слишком много времени провожу с Джексоном.
Рэй ответила ему суровым взглядом.
— Послано, — сказала она.
— Быстро вы, — Янг полез в карман за телефоном, отыскал в почте ее запрос и подписал его виртуальной подписью. — Готово. Встречаемся здесь где-то через полчаса.
Найдя дежурного офицера, Янг взял у него расписание нарядов и принялся искать сержанта, с которым познакомился в августе. Того самого, которого призвали из внутренних войск для сопровождения Раша с Маккеем в той миссии по раздолбыванию наборного устройства Звездных Врат на чужой планете. Янг просматривал список сержантов в надежде, что парня еще не успели включить в состав одной из ЗВ-команд — и ему повезло. Грир, Рональд. Приписан к охране базы. Прекрасно. В этот месяц парень дежурил в ночные смены. Что было уже не так прекрасно, но Янга сей факт нисколько не смутил.
— Мне понадобится этот парень, — сообщил он дежурному офицеру и постучал пальцем по фамилии Грира в журнале. — Сможете освободить его от дежурств на ближайшие несколько дней?
Дежурный был не в восторге от требования, но куда бы он делся? Как только Янг получил от него контактную информацию сержанта и ввел ее в память своего мобильника, он вышел из кабинета. Но далеко отходить не стал. Почти сразу за дверью он привалился к стене, схватился за поясницу и, тщетно мечтая о диване и о двойной дозе обезболивающего, набрал номер Грира. Тот отозвался лишь после четвертого гудка, по всей видимости, спал.
— Сержант Грир, — сказал Янг. — Прошу прощения, что разбудил. Это полковник Эверетт Янг. Мы встречались в августе.
— Да, сэр, — ответил Грир, дикция его стала четче. — Адов шторм. Я помню.
— Хорошо, — сказал Янг. — Сержант, я только что поменял твой график. Ты снят с ночных дежурств и будешь закреплен за мной на ближайшие несколько дней. Ничего особо интересного, но я тут собираю немного нестандартную… э-э… спецгруппу охраны.
— Да, сэр, — снова сказал Грир.
— Случайно не знаешь кого-нибудь из дневной смены, кто умел бы ходить с каменным лицом? Может, кто из новобранцев, призванных вместе с тобой?
— На днях появилась тут одна лейтенант, — сказал Грир. — Зовут Джеймс. Уж она-то своих карт никому не раскрывает, точно. Мало кто так умеет.
— Как ее имя? — поинтересовался Янг.
— Ванесса, — сказал Грир. — Призвана из внутренних войск, как и я.
— Она сейчас на базе?
— Должна быть, — сказал Грир.
— Ладно. Тащи свою задницу сюда, сержант. Но сперва поешь. День намечается долгий.
— Вас понял, — сказал Грир.
— Встречаемся на восемнадцатом, — распорядился Янг. — Кабинет, где раньше была кладовая. Напротив Лингвистической библиотеки.
— Буду через двадцать минут, — отрапортовал Грир.
Янг долго избегал своего «кабинета» на восемнадцатом этаже, где располагались офисы доброй половины консультантов КЗВ. Никогда он не был любителем канцелярщины и, как и Митчелл, которому тоже выделили тесное, как чулан, отдельное помещение на двадцать пятом, кабинетом предпочитал пользоваться только в случае крайней необходимости, для всяких бюрократических надобностей. Он всегда был человеком полевых миссий: сперва ходил с командами через Врата, потом готовился к работе под прикрытием в Люшианском Альянсе, потом… мда, последние месяцы обернулись полной катастрофой. Лучше и не вспоминать.
Джексон, вот кто распорядился очистить бывшую кладовку от разного хлама и внести туда письменные столы и книжные шкафы. Когда Янг отпер дверь, щелкнул выключателем и зажег свет, то увидел перед собой довольно просторную комнату с двумя письменными столами и большой маркерной доской на стене. Весь кабинет был заставлен книжными этажерками. Тут была секция, посвященная, кажется, древней Месопотамии, была секция с переведенными на английский мифами разных народов и одна загадочная полка, где все книги были почему-то поставлены наоборот, корешками к стене, так чтобы названия были скрыты от взгляда. Озадаченно нахмурившись, Янг вытянул одну из книг. Заголовок гласил: «Принципы налаживания эффективного диалога цивилизаций. Том 3: Вероятные всевышние сущности в теории и практике». Под руководством доктора Дэниела Джексона. Янг хмыкнул.
— Бедняга Джексон, — пробормотал он и запихнул сборник обратно.
Подтащив к себе наиболее удобный стул, он уселся за самый маленький стол в комнате. Вообще-то, сидеть было ничуть не легче, чем стоять, но боль была уже другая. Он немного поерзал в поисках более удобного положения. Потом поразмышлял над тем, не послать ли смс-ку Митчеллу, но отказался от этой мысли. Похоже, ЗВ-1 сейчас заняты по горло. Не стоит им мешать. Господи, будем надеяться, Валу отыщут. Как там говорил Джексон? Будто бы она вырубила двух парней, пытавшихся ограбить закусочную? Янг покачал головой. Не верится, что из-за такой ерунды она стала бы подвергать себя риску быть раскрытой. Но все же, если Джексон прав, и она действительно не помнит, кто она такая… что ж, выходит, инстинкты сработали помимо ее воли.
Сомнительно, что и с Рашем им также повезет. Невзирая на Джексоновский оптимизм, достигавший почти бредового уровня, Янг никак не мог заставить себя поверить в то, что парень бродит где-то по матушке-земле с отшибленной памятью. Скорее уж он либо давно мертв, либо с Дэвидом, в каком бы аду Дэвида сейчас ни носило, а радиоболтовня люшианцев, за которой следила Гинн, лишь тем и оставалась. Болтовней. Зловещим шумом радиопомех, за которым укрываются боевики. И даже если у них с Гинн получится выудить из этого статического гула что-нибудь полезное, не верилось ему, что этим «чем-нибудь» окажется потерявший память математик.
Он достал телефон и созвонился с Рэй, чтобы рассказать, как продвигаются дела по высвобождению Гинн. Та поблагодарила и в свою очередь сообщила, что уже набросала краткий план Протокола Интеграции, который с помощью своих связей в военных кругах рассчитывает протолкнуть через отдел кадров и положить на стол генералу Лэндри уже к концу дня. Закончив разговор, он немного посидел, размышляя над тем, когда же заварилась вся эта дрянь и каким боком эта дрянь ударит по нему первым делом. Расклад был таков: Отдел личного состава скоро начнет исходить на дерьмо из-за того, что несовершеннолетнюю девчонку продолжают держать на одном этаже с двумя самыми омерзительными гоаулдами галактики, а с другой стороны — все вокруг будут исходить на дерьмо из-за того, что недопустимо включать в программу реинтеграции бывшую оперативницу Люшианского Альянса, это на фоне-то одной из самых масштабных утечек информации за всю историю КЗВ. Янга не оставляло ощущение, что второе «дерьмо» способно перевесить первое, ведь запятнанное прошлое — такая штука, которая имеет обыкновение тянуться за человеком очень долго и может кому угодно дать повод наложить запрет на то, чтобы выпустить бедного малыша из камеры.
К десяти утра перед ним нарисовалась Джеймс. В ее непроницаемом, строго по уставу, лице, в осанке и в выдрессированном взгляде строго куда-то в пространство Янг уловил намек на беспокойство. Но только намек. Она чеканно отсалютовала ему.
— Вольно, лейтенант, — отсалютовал Янг в ответ. — Где вы несли службу до того, как вас перевели ко мне?
— Этаж двадцать четыре, — ответила она. — Я обеспечивала охрану отсека роботов-зондов.
— Роботы, значит, стережете? — с гримасой сочувствия переспросил Янг. — Какая скука.
— Никак нет, сэр, — ответила Джеймс.
— Знаете сержанта Грира? Он утверждает, что вы умеете держать лицо.
— Сэр?
— И, похоже, не ошибся. Присядьте, лейтенант. Я вытребовал вас с ним для выполнения особого задания. Скорее всего, это займет несколько дней.
Джеймс взяла стоявший чуть в стороне стул, подтащила ближе и поставила напротив хреновенького письменного стола Янга. Присев, она немного поерзала, явно чувствуя себя неуютно. И явно пытаясь это скрыть.
— Грир тоже скоро будет здесь, — сказал Янг. — Пришлось вытащить его из постели. Где вы служили, прежде чем вас перевели сюда из внутренних войск?
— Спецназ, — ответила Джеймс.
— Сторожить склад роботов — определенно карьерный шаг назад, — заметил Янг. — Когда вас планируют включить в полевую команду для миссий на другие планеты?
— Не могу знать, сэр, — сказала Джеймс. — Вообще-то… я получила назначение на базу «Икар». Все мы были готовы отправляться туда со следующим кораблем, ждали лишь команды сверху. Но никого так и не послали. Наоборот, стали снимать с проекта людей.
Янг кивнул и на мгновение прикрыл глаза.
— Да, так и было. Пока проект в режиме ожидания, лейтенант.
— Ходили слухи, что командовать «Икаром» назначили вас, — осторожно произнесла Джеймс.
— Было дело. — Янг не счел нужным отрицать. — Но пока командую я лишь этим кабинетом. Так или иначе, а под мое командование вы все-таки попали. На сегодня, по крайней мере.
— Да, сэр, — согласилась Джеймс.
Послышался негромкий стук в дверь, затем в комнату вошел Грир и отдал честь. Янг отсалютовал в ответ и махнул ему на свободный стул. Грир вытащил стул из-за соседнего стола, поставил рядом с Джеймс и уселся.
— Задание не трудное, — начал объяснять им Янг. — И не особо интересное. Но… бюрократически немного запутанное. А потому считаю необходимым сразу предельно четко разъяснить вам схему командного подчинения. На текущий момент моим непосредственным командиром является генерал Лэндри, а это значит, что он единственный, кто имеет право отдать вам приказ, противоречащий моему. Он или другой генерал с бóльшим количеством звезд на погонах. Это ясно?
В ответ он получил слаженное: «Так точно, сэр».
— Сейчас мы с вами пойдем вытаскивать из камеры шестнадцатого этажа люшианскую перебежчицу. Вы двое задействованы в качестве конвоя при ней. Она классифицируется как объект среднего уровня угрозы, но сделайте мне одолжение, не прессуйте ее, если по дороге ей вздумается поправить блузку, завязать шнурок или что-то в этом роде.
Они кивнули, и он продолжил:
— Мы проводим ее до кадрового отдела. Там она будет сидеть столько, сколько потребуется, чтобы ее статус изменился с «уровень угрозы средний» до «уровень угрозы незначительный». Это может занять некоторое время. Но обратно в камеру мы ее не отправим, разве только я сам не отдам вам такой приказ или кто-то, кто рангом выше меня. В остальном будем действовать по ситуации.
— Вас понял, — сказал Грир.
— Есть, сэр, — кивнула Джеймс.
— Я встречусь с полковником Картер? — спросила Гинн, когда он предстал перед ней снова, на этот раз окаймленный по бокам эскортом из Грира с Джеймс.
— Что-то вроде того, — ответил Янг. — Давай, малыш, собирайся. Бери свой лэптоп и что там еще у тебя есть.
— У меня больше ничего нет, — немного беспокойно сказала Гинн.
— Вижу, — Янг окинул взглядом ее голую камеру.
— Полковник, — окликнул его Нерус. — Полковник, у вас наверняка достаточно полномочий, чтобы…
— Молчать там, — рявкнул на него Грир.
— Молчать? — прогремел Нерус. — Молчать? Мне? А понимаешь ли ты, с кем ты разговариваешь, мой маленький воин?
— Да откуда ему, — болтал праздно шатавшийся по камере Баал, наблюдая за тем, как Гинн отключает ноутбук, закрывает его и прижимает к груди. — Забираете девчонку? Все равно она вам ничего не скажет. Она ведь даже не из воинов, она из ученых, и Альянс наверняка промыл ей мозги, чтобы добиться от нее преданности. Теперь она гадюка в обличии ребенка, она…
— Мы поняли, — оглянулся на него Янг. — Спасибо, приятель.
— А ты очень красива, — Нерус потянулся к Джеймс, но получив удар током от силового поля, окружавшего решетку его камеры, с легким вскриком отдернул руку. — Но ваши культурные нормы излишне строги. Ну к чему стягивать волосы так туго?
— Пошел вон, мерзавец, — сказала Джеймс.
— Ах, идиома! Очаровательно! Интересно, как я могу уйти отсюда вон?
С грозным выражением лица Грир уже двинулся было к Нерусу, но Янг легко хлопнул его по плечу и покачал головой. Затем развернулся и, тяжело опираясь на трость, направился к выходу. Гинн шагала сразу за ним, между Гриром и Джеймс. Когда они дошли до лифта, Янг оглянулся через плечо и кивнул Джеймс:
— После окончания смены, — сказал он, — составите рапорт об этом говнюке.
— Есть, сэр, — ответила она.
Когда они подошли к кабинету Рэй, Грир с Джеймс остались снаружи, заняв места возле открытой входной двери. Янг с Гинн зашли внутрь и уселись напротив Рэй, которая сидела за своим рабочим компьютером. И тут Янгу пришло в голову, что неплохо бы как-то загладить для малыша то, что ей пришлось вытерпеть в последние недели.
— Мне… слушай, мне, правда, жаль, — сказал он.
— Почему? — шепотом спросила Гинн. Она была очень бледной, запавшие глаза ее потемнели, взгляд был внимательным.
— Потому что это ужасно… ну, знаешь, тебе не следовало быть там. И больше ты туда не вернешься, окей? Ни за что, если мои слова здесь что-нибудь значат.
— Меня казнят? — прошептала Гинн.
— Что? — хором вскричали пораженные Рэй и Янг.
— Нет, — решительно сказала Рэй. — Нет. Мы подыщем тебе лучшую комнату и поможем приспособиться к жизни среди таури. Кто-нибудь сводит тебя за покупками, как-нибудь позже. Есть всякие обучающие видео для… хм, сейчас ты, наверное, не понимаешь, о чем я толкую. Мы намерены помочь тебе.
— Лучшую комнату? — протянула Гинн, в голосе ее слышалось подозрение. — Камера, где я сейчас живу — в таких вы держите ваших врагов. А я из Альянса.
— Разве? — мягко спросил Янг.
— Нет, — прошептала Гинн.
— Нет, — с нажимом повторил Янг. — Нет, ты не из Альянса. И даже будь так, ты все равно не заслуживаешь, чтобы тебя запирали с двумя негодяями, угнетавшими народы в течении последних десяти тысяч лет. Таким как ты мы предлагаем стать таури, если они не против.
— Вы предлагаете им выбор? — спросила Гинн. — Выбор стать таури? И они соглашаются?
— Ну да, — подтвердил Янг. — У таури так принято. Если ты захочешь остаться с нами, то тоже будешь одной из нас.
— И есть такие? — спрашивала Гинн. Брови ее были подняты, выражение лица открытое, как у ребенка, каким, собственно, она и была.
— Да, — подтвердила Рэй и улыбнулась ей. — Да, такие есть. Тил’к, джаффа, был первым. Ты наверняка слышала о нем. У него неплохая репутация. И многие другие тоже жили среди нас и сотрудничали с нами. Ты вот тоже уже начала сотрудничать.
— Рискованная тактика, — отметила Гинн. — Для вас это неразумно с позиции управления.
— Да уж, — вздохнул Янг. — Проблемы случаются.
Рэй едва сдерживала энтузиазм:
— У нас есть группа, которая собирается для обсуждения теории управления. Наша управленческая система значительно отличается от той, к которой привыкла ты, но у нее есть свои сильные стороны. Возможно, тебе захочется посетить эти собрания и поделиться своей точкой зрения?
Гинн настороженным взглядом молча внимала Рэй.
— Да, малыш, такое тебе сейчас наверняка кажется немного чересчур, — сказал Янг. — Но пройдет недели две, и это уже не будет звучать так дико. В общем, мы что хотим сказать — ты далеко не первый человек, кого мы взяли в нашу команду. В наш Дом.
— Я стреляла в Саманту Картер, — сказала Гинн.
— Угу, — кивнул Янг. — Мы в курсе. Но она, к счастью, выжила и рассказала, как ты помогала ей предотвратить отключение вентиляционных систем и тем спасла жизни почти всего личного состава базы. Вот почему тебе сейчас делают данное предложение.
— Выходит, чтобы стать таути, мне нужно будет заниматься тем же, что и сейчас, только в лучшей камере, где я буду смотреть видеозаписи о ваших теориях управления?
Янг рассмеялся, громко и отрывисто, прикрыв лицо ладонью.
— Чертовски верно. По крайней мере, в первые две недели или около того.
— А потом? — спросила Гинн.
— Потом станет лучше, — пообещала Рэй. — С каждой неделей будет все лучше и лучше.
— Лучше? — повторила Гинн, как будто не могла представить себе большей роскоши, чем спартанская спальня и книжный клуб по конфессиональной этике или чем там собралась загружать ее в свободной время Рэй. Может, и правда не могла. Ведь она была ученым-воином Люшианского Альянса, организации, которая не славилась широкой терпимостью к независимости мышления и поступков.
— Не будем спешить, пойдем шаг за шагом, — сказала Рэй. — Гинн, сейчас я собираюсь задать тебе несколько вопросов, которые помогут нам лучше понять тебя. Окей? Некоторые из вопросов тебе наверняка уже задавали. Во время допросов, но поскольку то было совсем другое подразделение… ладно, не важно. В общем, мне придется спросить тебя еще раз.
— Окей, — произнесла Гинн, явно пробуя новое для себя слово.
— Гинн твое единственное имя?
— Да, — подтвердила Гинн. — Раньше я принадлежала Шестому Дому, но теперь я таури.
— Молодец, девочка, — похвалил Янг.
— Окей, но в силу бюрократических причин тебе нужно второе имя. Возможно, у тебя было какое-нибудь семейное имя до того, как ты присоединилась к Альянсу?
— Я не присоединялась, — возразила Гинн. — Мне пришлось пойти к ним, иначе бы они убили мою семью.
— О, — сказала Рэй. — извини, если это прозвучало бесчувственно.
Гинн кивнула.
— А разве таури обязательно нужно два имени?
— Ну… — начала Рэй, — наверно, не обязательно, но наша система выстроена таким образом…
— Такова традиция, — сказал Янг. — Если у тебя будет второе имя, то есть фамилия, ты тоже впишешься в систему. Будет легче приспособиться.
Гинн снова кивнула.
— У нас не было семейного имени.
— А была у вас семейная профессия? — поинтересовалась Рэй. — Чем занималась ваша семья в вашем сообществе?
— Мои родители управляли машиной для измельчения зерна после сбора урожая, — рассказала Гинн.
Рэй довольно улыбнулась.
— На нашей планете фамилии многих людей, хотя и не всех, конечно, происходят от названия семейных профессий их предков. Фамилия Миллер происходит от «мельник» — измельчающий зерно. Тебе нравится такое имя? Гинн Миллер?
Гинн кивнула, но Янг отрицательно помотал головой.
— Нет. Не пойдет. Такое сочетание имени-фамилии уж больно похоже на «Джин Миллерс».
— А что такое Джин Миллерс? — спросила Гинн.
— Алкогольный бренд, — пояснил Янг.
— Хм, — Рэй развеселилась. — А может, Бейкер? Это означает «пекарь», человек, выпекающий хлеб из зерна, которое было смолото в муку.
— Но ведь важно, чтобы имя было верное? — спросила Гинн.
— Не обязательно, — сказала Рэй, — но учти, фамилия всегда будет с тобой, пока ты в нашей культуре. Каждый день. Все время. Возможно, есть имена, которые тебе очень нравятся? Или какие-нибудь места или объекты, которые по некоторым причинам важны для тебя?
— Еще совсем маленькая, — начала Гинн, — я научилась чинить сломанные инструменты. Сломанные механизмы. Когда на нашу планету пришел Альянс, они сожгли наши посевы и заставили нас выращивать кассу. А в тот сезон, в тот сезон, когда они пришли, урожай был совсем плох. В обмен на еду для моей семьи я предложила Альянсу отремонтировать телтак. Когда они уходили, они забрали меня с собой. С тех пор я работала на кораблях.
— Тогда, может, Килер*, — предложила Рэй. — На нашей планете так называют того, кто прокладывает курс и следит за состоянием морского судна.
— Судно — это как космический корабль, только плавает по воде? — спросила Гинн.
— Все верно, — подтвердил Янг.
— Гинн Килер, — повторила Рэй, проверяя как это звучит. — Мне нравится. А тебе нравится, Гинн?
Гинн кивнула, и Рэй стала что-то печатать на своем компьютере.
— Следующий вопрос — сколько тебе лет?
— Мне почти три периода.
Рэй вопросительно посмотрела на Янга. Он произвел в уме некоторые вычисления:
— Это значит, что ей где-то около двадцати, плюс-минус четыре года. У Люшианского Альянса нет стандартизованного времени для всех Домов, они оперируют временными интервалами, которые отсчитывают по крупным событиям.
— Ясно, — сказала Рэй. — Гинн, на нашей планете мы измеряем время…
— Я знакома с вашими временными традициями, — ответила Гинн.
— Как бы ты определила свой возраст по нашему времяисчислению? — спросила у нее Рэй. — Выглядишь ты, если это может помочь, между шестнадцатью и двадцатью пятью.
— Двадцать? — предположила Гинн.
— Я бы сказала семнадцать, — ответила Рэй. — Хорошо, итак, следующее, что требуется — выяснить день твоего рождения. Родители рассказывали тебе, в какое время года ты родилась?
— В сезон сбора урожая, — сказала Гинн. — Получилось крайне неудобно для них.
— О, — сказала Рэй. — Э-э, ага, как раз сейчас в нашем мире сезон сбора урожая, примерно. Скажем, двадцатое октября. Как тебе?
— А разве точный день так важен? — удивилась Гинн.
— Ну, это означает, то в следующую субботу тебе исполнится восемнадцать. Есть какие-нибудь возражения против двадцатого октября?
— Я не понимаю…
— Малыш, — вмешался Янг, — это значит, что пока ты с нами, каждый год двадцатого октября таури будут приходить к тебе и говорить: «Поздравляю с днем рождения». Тебе принесут торт, это что-то вроде… э-э… знаешь, такой штуки типа миндальной пастилы, что продают уличные торговцы Первого Города?
— Онэ’рев?
— Точно, — кивнул Янг. — Что-то похожее. А в торт воткнут тоненькие восковые палочки и подожгут их.
— То есть — через шесть дней мне подарят торт с горящими палочками? — спросила Гинн.
— Да, — сказала Рэй. — Отдел кадров каждому участнику Программы Интеграции на его день рождения предоставляет торт. Тебе надо будет задуть все горящие палочки, а твои друзья споют тебе песенку.
— О, — сказала Гинн.
— Добро пожаловать на Землю, — пробурчал Янг.
В кармане завибрировал его мобильник. Вытащив его, Янг увидел сообщение от Митчелла.
::Нашли нашу девочку. Везем ее домой::
Янг тихо улыбнулся и спрятал мобильник в карман.
------
Примечания переводчика:
* — шолвá — «предатель» на гоаулдском
** — от английского keeler (шкипер)